Пыльный рейсовый автобус, словно усталый дракон, выплюнул Ольгу на окраине её родного села, обдав сизым выхлопным дымом так, что даже воробьи вздрогнули и решили пересесть на другую сторону деревни. Ольга, перехватив поудобнее ручку своего тяжёлого чемодана — в котором помещалась вся её былая жизнь с приправой из разбитых надежд и пустых обещаний — медленно двинулась по знакомой улице, словно герой старого анекдота: «Вернулся домой после развода, а мама сразу спрашивает: ‘Ну что, нашёл уже новую жертву?'».
Только у Ольги новый виток был чуть печальнее.
Пять лет брака с человеком, который умел планомерно выжигать в женщине чувство собственного достоинства лучше любого пожара в лесу — закончились коротким судебным заседанием и штампом в паспорте. Она чувствовала себя смертельно уставшей и одновременно облегчённой — как будто наконец-то сняла с плеч огромный рюкзак с надписью «Терпение до последнего».
И вот она идёт к родительскому дому, искренне надеясь, что стены не превратятся в очередную сцену для семейного реалити-шоу под названием «Кто кого достанет».
На крыльцо вышла Галина Петровна — мать Ольги. Она окинула дочь долгим взглядом, задерживаясь особенно на чемодане. Вместо приветствия последовал тяжёлый вздох и фраза уровня мастера сарказма: «Вернулась-таки… Довела мужика… Опозорила меня перед всем селом».
Тут же вспомнился анекдот про тёщу: «Тёща приехала в гости — мужик рад: хоть кто-то будет ругать жену вслух». Только у Ольги вместо смеха было горькое молчание.
— Здравствуй, мама, — попыталась улыбнуться Ольга сухими губами и опустила чемодан на доски крыльца. — Я не доводила его.
Он пил и руку поднимал. Ты же знаешь. Я ушла, чтобы выжить.
— Выжить? — возмутилась мать и буквально утянула дочь в тёмные сени дома.
— Да все так живут! Мужики пьют, бьют порой… Терпеть надо было!
А ты сразу побежала к маме на шею! Ну что скажут люди? Нюрка уже высматривает тебя как главную сенсацию недели!
Ольга почувствовала холод внутри — такой же неприятный и неожиданный, как когда на свадьбе тебе дарят носки вместо золота.
Мать продолжала раздувать мифы о том, как правильно нужно терпеть мужские выходки ради общественного мнения: «Будут пальцами тыкать: глядите, у Гальки девка-то бракованная!» В голове невольно всплывал старый добрый анекдот про бабушку: «Женщина терпела мужа всю жизнь… пока однажды поняла — он тоже может терпеть её!»
Затем разговор плавно скатился к младшей сестре Татьяне — той самой идеальной дочери Галины Петровны. Таня была замужем за Вадимом — человеком вроде бы статным и работящим (по словам матери), но при этом обладала способностью мириться с ночными сменами мужа так же легко, как кот мирится с ванной: то шипит и убегает под диван.
Ольга пошла к сестре на следующий день и сразу ощутила уют домашнего очага: запах свежей выпечки напоминал ей о детстве и тех временах, когда единственной проблемой было выбрать между вареньем из клубники или малины. Таня встретила сестру радостно и беззаботно рассказывала про своего Вадима – такого золотого человека (в хорошем смысле слова). Они мечтали о детской комнате для малыша.
Но тут вернулся Вадим – настоящий мастер скрывать свои эмоции лучше любого шпиона из голливудского боевика.
Телефон пискнул – он судорожно перевернул его экраном вниз; Таня предложила положить картошечки – получил отказ; заметила она странности? Нет! Ведь любовь слепа – особенно если она подкреплена надеждой на светлое будущее.